Третейский суд в рамках Таможенного союза

16.09.2013

16.09.2013

А.И. Муранов, к.ю.н., доцент МГИМО(У) МИД РФ,

управляющий партнер коллегии адвокатов

«Муранов, Черняков и партнеры»


В послании Федеральному Собранию 12 декабря 2012 г. Президент России В.В. Путин сказал, в частности, следующее: «И еще один важный момент. Современное законодательство, особенно финансовое и корпоративное, очень специфично. В этой связи предлагаю проработать с партнерами (даже не проработать, а завершить его, потому что он фактически уже начался, но нужно завершать его) вопрос о создании третейского суда Таможенного союза, который мог бы стать ведущей независимой инстанцией по рассмотрению финансовых и других споров. В целом необходимо подготовить комплекс мер по развитию третейского судопроизводства в России, причем на качественно новом уровне».

Не прошло и полугода, как Минюст РФ подготовил проект концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза (с сопутствующими документами), предложив назвать его Международный центр арбитража Таможенного союза. Это весьма любопытные документы (далее также — «проект концепции»).

16 мая 2013 г. Советом Евразийской экономической комиссии было принято решение № 32 «О проекте концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза», текст которого размещен на сайте Евразийской экономической комиссии (www.eurasiancommission.org): «Приняв к сведению информацию заместителя Министра юстиции Российской Федерации Борисенко Е.А. о проекте концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза (далее — проект концепции), Совет Евразийской экономической комиссии решил:

Просить государства — члены Таможенного союза и Единого экономического пространства:

совместно с представителями бизнес-сообщества рассмотреть вопрос о целесообразности создания третейского суда Таможенного союза и проект концепции;

представить в Евразийскую экономическую комиссию информацию о позиции по указанному вопросу, а также замечания и предложения по проекту концепции до 29 июля 2013 г.

Члены Совета Евразийской экономической комиссии:

От Республики Беларусь

С. Румас

От Республики Казахстан

К. Келимбетов

От Российской Федерации

И. Шувалов».

 

Найти все эти документы в Интернете несложно: www.kazenergy.com/ru/2012-09-05-04-11-04/customs-union/2011-11-28-09-47-23/9431-2013-05-31-05-00-21.html.

Краткое содержание проекта концепции

«Концепцией предусмотрено создание Международного центра арбитража Таможенного союза (далее — Арбитражный центр). Для целей его создания и финансирования предлагается учредить некоммерческую организацию.

Согласно Концепции компетенцию Арбитражного центра, упрощенный порядок признания и приведения в исполнение решений Арбитражного центра на территории Таможенного союза, а также особый порядок принудительного исполнения обеспечительных мер, применённых Арбитражным центром, в государствах-членах Таможенного союза предлагается определить в международном договоре Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации» («Справка о проекте Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза»);

«III. Предлагается подготовить проект межгосударственного соглашения в рамках Таможенного союза/ЕЭП, закрепляющего особый юридический статус Центра, в т.ч.:

— признание и приведение в исполнение решений арбитража Центра на территории всех стран-членов Таможенного союза по упрощенной процедуре по сравнению с решениями иных третейских судов (в некоторых случаях прямое исполнение без внутригосударственной процедуры судебного признания и приведения в исполнение, сокращенная судебная процедура, один национальный суд в каждой стране для признания и приведения в исполнение и реализации функций по поддержке арбитража, возможность принятия принудительных обеспечительных и иных мер арбитражем Центра),

— расширение арбитрабельности споров, рассматриваемых арбитражем Центра (все коммерческие и корпоративные споры, споры, связанные с оборотом ценных бумаг, инвестиционные споры, споры в отношении недвижимости, прав интеллектуальной собственности и т.д.),

— ограничение возможностей для пересмотра и отмены решений арбитража Центра национальными судами» («Справка по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза»).

Касательно дальнейших деталей читателю имеет смысл обратиться к полным текстам соответствующих документов.

Некоторые общие соображения в отношении проекта концепции

Что в нем сразу привлекает внимание?

1. В целом проект концепции продвигает полезную идею о необходимости упрощенного приведения в исполнения третейских решений, что также подводит к мысли, что и исполнение решений других авторитетных третейских судов также надо упрощать.

Заодно продвигается и идея расширения круга арбитрабельных споров.

2. Однако проект разработан без каких-либо серьезных консультаций с адекватными российскими специалистами в третейской сфере и даже без нормального обсуждения с предпринимательским сообществом (контакты с отдельными олигархами, близкими к государству, не в счет). Более того, консультации / обсуждения были, насколько известно сугубо кулуарные и закрытые.

Стоит ли удивляться тому, что проект оказался далеко не совершенным (см. ниже)?

История, подобная вступлению в ВТО, когда МЭР все играл в секретность, продолжается? Хотя, повторю, проект концепции, в отличие от документов по поводу вступления России в ВТО, найти в Интернете сейчас можно (впрочем, благодаря не россиянам, а казахской стороне, за что ей спасибо).

Далее, интересно выглядит срок представления замечаний и предложений: с мая до 29 июля 2013 г., т.е. в самый плодотворный для мысли период, у многих совпадающий с отпуском.

Кроме того, Совет ЕЭК решил просить государства-члены Таможенного союза и саму ЕЭК рассмотреть вопрос о целесообразности создания третейского суда Таможенного союза и проект концепции совместно с представителями бизнес-сообщества, но отнюдь не третейского. Соответственно, следует надеяться на то, что под такими представителями Минюст РФ будет понимать также и представителей российского третейского сообщества, ведь деятельность в третейской сфере является оказанием услуг за плату, а чем это не бизнес, хотя бы и не очень крупный, но прибыльный? Или если третейское сообщество Советом ЕЭК не указано, то с ним можно было ничего не обсуждать в указанные сроки? Насколько мне известно, ничего всерьез и не обсуждали.

Наверное, еще не самый большой опыт Минюста РФ в третейской сфере уже решил подсказать, что стоит только начать обсуждение проекта концепции с российскими серьезными специалистами, так сразу от них получишь слишком много замечаний, тогда как сроки от В.В. Путина выполнять требуется.

3. Думается, что подобная инициатива от России не может не вызывать опасений Белоруссии и Казахстана: «Россия опять гребет под себя».

Особенно такие тревоги могут усиливаться, если вспомнить, что вслед за словами о таком третейском суде В.В. Путиным было сказано о необходимости сделать привлекательной российскую юрисдикцию, а также подготовить комплекс мер по развитию третейского судопроизводства в России, причем на качественно новом уровне. Для России все это верно и нужно, но как быть с белорусской или с казахской юрисдикцией?

Кроме того, коль скоро в проекте концепции прямо предлагается создать Международный центр арбитража Таможенного союза именно в России, причем без какого-то серьезного обоснования такой локализации, то разве реакции Белоруссии и Казахстана может быть иной?

Наивно полагать, что в Таможенном союзе тишь и гладь, да божья благодать, или что Россия все там определяет в отсутствие каких-то серьезных противоречий, либо что Белоруссия и Казахстан готовы считать Россию в весьма важной степени «первой среди равных»: равны в этом союзе должны быть все.

4. Может быть, В.В. Путин имел в виду в своем послании не классический третейский суд, а аналог Органа для разрешения споров ВТО, который по своим чертам схож с третейским судом?

Это сомнительно. Во-первых, предложение о создании третейского суда Таможенного союза прозвучало в контексте необходимости подготовить комплекс мер по развитию третейского судопроизводства в России.

Во-вторых, какой смысл создавать аналог Органа для разрешения споров, когда уже имеется Суд Евразийского экономического сообщества, в который могут обращаться даже и частные лица (Договор об обращении в Суд Евразийского экономического сообщества хозяйствующих субъектов по спорам в рамках Таможенного союза и особенностях судопроизводства по ним (Москва, 9 декабря 2010 г.))?

5. Третейский суд Таможенного союза предлагается создать на основе отдельного международного договора. С юридико-технической точки зрения это вполне возможно, хотя в мировой практике количество случаев создания конвенциональных арбитражей ограничено.

В связи с этим сразу вспоминается успешный эксперимент некоторых социалистических стран-членов Совета Экономической Взаимопомощи по внедрению обязательного третейского разбирательства международных частноправовых торговых споров, возникавших между субъектами из этих стран, с исключением юрисдикции государственных судов (Конвенция 1972 г. о разрешении арбитражным путем гражданско-правовых споров, вытекающих из отношений экономического и научно-технического сотрудничества).

Но по данной Конвенции никакой единый третейский суд не создавался, а вышеуказанные споры, по общему правилу, подлежали рассмотрению в арбитраже в стране ответчика.

К тому же в проекте концепции никакой обязательности третейского разбирательства не предлагается, что разумно. В «Справке по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза» прямо говорится, что обращение в такой суд «должно быть добровольным на основании договора в соответствии с общепризнанными принципами международного коммерческого арбитража».

Прибегать в современных условиях к подходу, использовавшемуся в Конвенции СЭВ 1972 г., в современных условиях невозможно: экономические условия не те, да и высшие суды членов Таможенного союза никогда с ним не согласятся.

6. История отчасти повторяется: так когда-то были созданы МАК и ВТАК с особым статусом для целей, как известно, переноса арбитража из-за границы в СССР (и эта задача была успешно решена[1]), так и сегодня третейский суд Таможенного союза предлагается создать опять-таки для целей аналогичного переноса арбитражных разбирательств в Россию.

7. В проекте концепции не говорится о том, кто будет вправе обращаться в третейский суд Таможенного союза. Однако из его смысла ясно, что это могут быть как российские, белорусские и казахские лица, так и субъекты из стран вне Таможенного союза.

8. Почему-то в проекте концепции нет ни слова по поводу запланированных в России реформ третейской сферы. Еще можно понять то, что в мае 2013 г. об идее упразднения ВАС РФ еще не было известно, но ведь обсуждение указанных реформ идет уже очень давно. Впрочем, понятно, почему в проекте об этом не говорится: само по себе подобное упоминание могло бы изначально начать «хоронить» идею создания третейского суда Таможенного союза.

Но какой смысл предлагать создавать что-то в России, если она сама не знает, каким должно быть и будет в ней регулирование третейской сферы?

9. Лично у меня наибольший интерес вызвало следующее предложение в разделе II «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза»: «Деятельность Арбитражного центра будет финансироваться некоммерческой организацией, при которой он будет создан. В связи с этим предлагается рассмотреть возможность формирования соответствующей некоммерческой организацией в составе своего имущества целевого капитала в соответствии с нормами Федерального закона от 20 декабря 2006 года № 275 „О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций“».

Во-первых, по Федеральному закону от 20 декабря 2006 года № 275 формирование подобного целевого капитала вряд ли возможно. Согласно ст. 3 «Цели формирования целевого капитала и использования дохода от целевого капитала» этого закона:

 «1. Формирование целевого капитала и использование дохода от целевого капитала могут осуществляться в целях использования в сфере образования, науки, здравоохранения, культуры, физической культуры и спорта (за исключением профессионального спорта), искусства, архивного дела, социальной помощи (поддержки), охраны окружающей среды, оказания гражданам бесплатной юридической помощи и осуществления их правового просвещения, а также в целях функционирования общероссийского обязательного общедоступного телеканала общественного телевидения.

2. Формирование целевого капитала и использование, распределение дохода от целевого капитала на иные цели, за исключением предусмотренных настоящей статьей целей, не допускаются».

Как видно, создание третейских судов с указанными целями не соотносится, если только Международный центр арбитража Таможенного союза не начнет преимущественно заниматься образованием, наукой, оказанием гражданам бесплатной юридической помощи и осуществлением их правового просвещения.

Весьма удивительно: Минюст РФ известен своей предельной формалистичной дотошностью к каждой букве в уставах некоммерческих организаций, а тут вдруг им предлагается шаг, требованию закона не отвечающий. Quod licet Jovi?

В-вторых, и это важнее, успешные арбитражные центры в современном мире действует на основе самоокупаемости, формируя рынок особых юридических услуг. Вполне можно понять, что в первые годы третейский суд Таможенного союза на самоокупаемость не выйдет, но почему о ней в качестве цели не заявлено вообще? Разработчики мыслят в категориях бюджетного финансирования госучреждений?

При этом «Предполагается, что Арбитражный центр будет создан при некоммерческой организации, которая будет учреждена тремя биржами государств-членов Таможенного союза (например, Московской биржей, определенной биржей Республики Беларусь (например, Белорусской валютно-фондовой биржей) и Казахстанской фондовой биржей)» (раздел II «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза»). Неужели этим организациям действительно необходим третейский суд, который им предлагается регулярно финансировать не только для разрешения споров, возникающих на биржах, но и множества иных споров? Какое-то время это допустимо, но что будет потом, если такой суд долго не будет выходить на самоокупаемость? Разве что биржам нужно просить себе от своих государств какие-то преференции.

В тесной связи с только что сказанным еще любопытны соображения в разделе IX «Арбитражные сборы» «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза»: «Вариант 1: размер арбитражных сборов, взимаемых Арбитражным центром, будут ниже, нежели размер арбитражных сборов, уплачиваемых при рассмотрении спора в Лондонском международном арбитражном суде, Арбитражном суде Международной торговой палаты, Арбитражном институте Торговой платы г. Стокгольма.

Вариант 2: размер арбитражных сборов, взимаемых Арбитражным центром, будут соизмерим с размером арбитражных сборов, уплачиваемых при рассмотрении спора в Лондонском международном арбитражном суде, Арбитражном суде Международной торговой палаты, Арбитражном институте Торговой платы г. Стокгольма».

Тут важно еще понимать, что решение вышеупомянутой задачи создания третейского суда «мирового уровня, обеспечивающего высочайший стандарт качества рассмотрения предпринимательских споров, независимости, беспристрастности и эффективности», требует привлечения крупных специалистов в сфере арбитража, которые всегда рассчитывают на высокие гонорары. Если же последние будут обеспечиваться не при помощи сборов, а за счет финансирования от бирж, то такие специалисты могут и не захотеть разрешать споры в таком суде, чтобы не выглядеть зависимыми от этого финансирования. К тому же подобное финансирование понадобится на протяжении лет, и речь может идти о сотнях тысячах долларов.

Возникает интересная дилемма: если размер сборов будет соизмерим c соответствующим иностранным размером, то при прочих присутствующих в России нерадостных моментах какой будет смысл обращаться в третейский суд Таможенного союза? Если же они будут ниже, то как тогда обеспечить мировой уровень при потенциально высоких рисках отказа крупных специалистов в сфере арбитража участвовать в разрешении споров в этом суде? Впрочем, сборы могут быть и выше, наверное, если идеи по поводу перечня споров, которые могут разрешаться в таком суде, а также насчет упрощенного порядка исполнения его решений / обеспечительных мер будут реализованы и действительно начнут работать (но пока это кажется маловероятным).

Так что пока создается впечатление, что разработчики проекта концепции не связывают между собой вопросы об арбитражных сборах, об учредителях третейского суда и о финансировании последнего, т.е. проявляют непрагматичный подход и демонстрируют не полное понимание экономических основ функционирования арбитража. Причем если третейский суд будет не стремиться к самоокупаемости, а рассчитывать на финансирование от бирж, то он очень быстро превратится в неэффективное учреждение, обращаться в которое никому интересно не будет. Тем самым круг замкнется, а шансы выйти на самоокупаемость станут для этого суда тем более призрачными.

Некоторые недостатки и странности в проекте концепции

Таковых весьма немало.

1. В проекте концепции совершенно верно отмечается, что «Одной из целей Таможенного союза и Единого экономического пространства (следующей стадии интеграции) является создание однородной правовой среды. Однако, формирование единой правовой среды не может быть связано лишь с созданием единых норм права, необходимо обеспечить единое согласованное применение таких норм не только на уровне публичных структур, но и предпринимателей» («Справка по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза»). Однако затем делается во многом наивное предположение: «В связи с этим полагаем, что одну из ключевых ролей в достижении цели обеспечения единообразия правоприменительной практики может сыграть единый третейский (арбитражный) суд в рамках Таможенного союза».

Дело даже не в том, что такому единообразию может серьезно воспрепятствовать конфиденциальность третейского разбирательства: выжимки из решений этого суда публиковать без указания деталей все же будет можно.

Проблема в ином: к трем судебным системам членов Таможенного союза добавится еще и четвертый правоприменительный орган. Полагать, что он должен будет обязательно следовать практике российских судов (ну не практикой же белорусских и казахских судов он будет руководствоваться, находясь в России) — значит отрицать природу третейского суда. Думать же, что государственные суды членов Таможенного союза будут следовать практике этого третейского суда — значит не знать их склонности и обыкновения.

Кроме того, такой третейский суд не будет, само собой, заниматься обобщением практики судов членов Таможенного союза.

Забывают разработчики и о том, что третейский суд будет разрешать частноправовые споры, применяя частное право одного из членов Таможенного союза, причем согласно, скорее всего, российским коллизионным нормам. Применять же положения права Таможенного союза публичного характера он как третейский суд не сможет, а на данном этапе развития этого союза скорее важно единообразие правоприменительной практики именно по публично-правовым вопросам.

Так что единообразие такой практики может по итогам подлинно-юридической деятельности этого третейского суда даже стать слабее.

Но все же надо признать: в идеальном мире деятельность такого суда косвенно бы через очень длительное время могла бы способствовать единообразию правоприменительной практики по разрешению частноправовых споров.

На данном же историческом этапе развития Таможенного союза подобное единообразие следовало бы скорее строить на унификации права членов Таможенного союза, а не возлагать напрасные надежды на третейский суд.

2. Серьезные иллюзии видны и в следующих пассажах в «Справке по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза» (мои замечания приводятся здесь и в последующем в квадратных скобках): «Создание единого третейского суда позволит решить [sic — !] целый ряд [sic — !] важных задач:

— создание на территории Таможенного союза арбитражного института мирового уровня, обеспечивающего высочайший стандарт качества рассмотрения предпринимательских споров, независимости, беспристрастности и эффективности [см. ниже предпоследний комментарий],

— обеспечение конкурентоспособности правовых систем стран-членов Таможенного союза в отношениях с иностранными государствами [подобный третейский суд — не то средство для достижения такой цели. Невозможно при его помощи обеспечить указанную конкурентоспособность, это должно решаться иными методами. Так что такой суд еще долго будет скорее телегой, а не лошадью],

— обеспечение инвестиционной привлекательности экономик стран Таможенного союза для внешних и внутренних инвесторов, безопасности инвестиций и предсказуемости правоприменения [см. предыдущий комментарий. А предсказуемость правоприменения требуется скорее в отношении государственных судов членов Таможенного союза],

— возврат национальных компаний на территорию Таможенного союза для разрешения предпринимательских споров из зарубежных арбитражных институтов (Лондонский суд международного коммерческого арбитража, Международный арбитражный суд при Торговой палате Стокгольма, Арбитраж Международной торговой палаты в Париже и т.д.) [в течение минимум ближайшего десятилетия решение этой задачи нереально, если только не включить в состав арбитров мировых специалистов, обеспечив им гонорары не ниже, а то и выше лондонских, парижских и стокгольмских (но это также малореально: см. выше п. 3.7), а также если не изменить мироощущение российских судей, равно как и не осуществить ряд других важных реформ],

— формирование единого ведущего научно-методического центра развития коммерческого права и международного коммерческого арбитража на территории Таможенного союза, обеспечивающего правовую интеграцию на пространстве Таможенного союза, подготовку высокопрофессиональных юридических кадров для национальных правовых систем [наиболее наивное предположение: третейский суд сам по себе не в состоянии стать ни серьезным научно-исследовательским центром, ни надлежащей базой для подготовки юридических кадров. Разработчики проекта смешивают разные функционалы]».

Так что создается впечатление, что приведенные выше пассажи включены в проект концепции скорее для «красоты» либо формально-бездумно, и ошибочно думать: что «создание единого третейского суда позволит решить» подобный «целый ряд важных задач» либо что «одну из ключевых ролей в достижении цели обеспечения единообразия правоприменительной практики может сыграть третейский суд в рамках Таможенного союза». Ключевой такая роль стать не может по определению.

3. В разделе III «Справки по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза» обещается «в некоторых случаях прямое исполнение без внутригосударственной процедуры судебного признания и приведения в исполнение». Звучит это многообещающе, но вряд ли реализуемо в современных условиях в членах Таможенного союза.

4. Согласно разделу V «Организация управления Арбитражного центра» «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза» «Управляющий совет состоит из двух палат, каждая из которых в свою очередь состоит из 6 человек. Первая палата („международная“) состоит из широко известных и уважаемых иностранных представителей юридической науки и отставных зарубежных судей. Вторая палата („внутренняя“) состоит из широко известных и уважаемых представителей юридической науки и практики государств-членов Таможенного союза. „Внутренняя палата“ формируется таким образом, чтобы у каждого государства-члена Таможенного союза было два представителя в указанной палате (при этом каждый член палаты является полностью независимым и действует в личном качестве, ни коим [sic!] образом не представляя интересы соответствующего государства-члена Таможенного союза)».

Получается, что гражданин члена Таможенного союза, широко известный на международном уровне, попасть в «международную» палату не сможет? Тогда уж следовало бы назвать эту палату «иностранной».

Далее, нет никакого сомнения, что ни о каком сущностном равенстве между палами говорить на практике будет нельзя: «международная» будет считаться более престижной, что сразу же создаст проблемы в управляющем совете.

5. В разделе II «Справки по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза» сначала говорится о том, что при создании третейского суда будут учтены лучшие мировые практики, но затем указывается: «Предполагается, что Арбитражный центр будет действовать на основании собственного регламент, который будет подготовлен на базе Арбитражного регламента ЮHCИTPAЛ» (раздел VI «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза»).

Последним лучшие мировые практики исчерпываются?

6. Далее, в соответствии разделом VII «Списки арбитров и их назначение» «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза» «Предлагается сформировать три списка:

— 1-ый список арбитров („внутренний список“), в который будут включены арбитры государств-членов Таможенного союза. Данный список формируется членами „внутренней палаты“ Управляющего совета;

— 2-ой список арбитров („международный список“), в который будут включены иностранные арбитры. Данный список формируется членами „международной палаты“ Управляющего совета;

— 3-ий список председателей составов Арбитражного центра. Данный список формируется Генеральным секретарем Арбитражного центра».

Хотя в оригинальности этой идее не отказать, сказанное выше в п. 4.4 проявится после подобного «отделения агнцев» еще ярче.

Идея же с формированием «списка председателей составов» оригинальна даже до абсурда, если полагать, что ни одно лицо из первых двух списков стать председателем состава не сможет. Если же сможет, то зачем тогда 3-ий список вообще?

7. Можно ли рассчитывать на создание третейского суда «мирового уровня, обеспечивающего высочайший стандарт качества рассмотрения предпринимательских споров, независимости, беспристрастности и эффективности», если не давать по умолчанию сторонам право выбирать арбитров? Оказывается, можно, если следовать проекту.

В соответствии с разделом VII «Списки арбитров и их назначение» «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза» «Предполагается, что все споры будут рассматриваться тремя арбитрами.

Для рассмотрения каждого конкретного спора каждая палата Управляющего совета назначит одного арбитра — „международная палата“ назначит одного арбитра из „международного списка“, „внутренняя палата“ назначит одного арбитра из „внутреннего списка“. Председательствующего из соответствующего списка назначает Генеральный секретарь Арбитражного центра».

Комментарии в свете принципа свободы выбора стороной арбитра излишни.

8. Еще как-то совсем мне не кажется, что серьезный бизнес будет передавать свои споры в третейский суд, решение которого может отменить один из его функционеров.

А между тем именно такой подход исповедуется в разделе VIII «Внутреннее обжалование» «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза»: «Предлагается следующее регулирование — в случае наличия исключительных обстоятельств Генеральный секретарь Арбитражного центра вправе отменить решение Арбитражного центра по конкретному спору и направить данный спор на рассмотрение нового состава арбитров. Данное полномочие Генеральный секретарь Арбитражного центра будет вправе осуществлять в течение определенного периода времени с даты вынесения решения (например, в течение 15 календарных дней)».

9. В разделе XI «Необходимые изменения в законодательство Российской Федерации» «Концепции создания третейского суда в рамках Таможенного союза» говорится: «В данном разделе указан предварительный перечень изменений, которые необходимо внести в законодательство Российской Федерации для целей эффективного функционирования Арбитражного центра в будущем.

— Изменения в Закон Российской Федерации от 7 июля 1993 года № 5338-1 „О международном коммерческом арбитраже“ в части уточнения компетенции международного коммерческого арбитража в соответствии с международным договором.

— Изменения в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации в части указания на наличие упрощенного порядка признания и приведения в исполнение решений международного коммерческого арбитража в соответствии с международным договором».

Почему применительно к Закону только в части уточнения компетенции? А в части проектируемого признания или исполнения без судебной процедуры? А в части обещанных обеспечительных мер?

Почему применительно к АПК РФ также не говорится ничего об обеспечительных мерах?

10. По поводу указания в разделе II «Справки по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза» на то, что «управляющие органы Центра и список арбитров будут сформированы на паритетных началах из граждан стран-членов и ведущих зарубежных экспертов в сфере коммерческого права и международного коммерческого арбитража…» можно заметить, что коль скоро третейский суд создается в рамках Таможенного союза, имеющего целью либерализацию международной торговли между его членами (и составной частью правовой системы этого союза будет право ВТО), то является очевидным, что для успеха такого суда в составе его арбитров следует присутствовать также и специалистам в праве международной торговли, права ВТО, как и просто экспертам в международной торговле. Не может быть сомнений что правила ВТО и аналогичные ему правила Таможенного союза не могут не иметь крайне большого значения для разрешения споров хотя и чисто цивилистического характера.

Только «граждан стран-членов и ведущих зарубежных экспертов в сфере коммерческого права и международного коммерческого арбитража», многие из которых с правом ВТО просто не знакомы, для успешного функционирования такого суда явно недостаточно.

И почему это «граждан стран-членов» противопоставляются «ведущим зарубежным экспертам в сфере коммерческого права и международного коммерческого арбитража»? Для первых достаточно гражданства, а не знаний и опыта?

11. Вряд ли нужно было утверждать, что следует сделать для такого третейского суда арбитрабельными «все… корпоративные споры» (раздел III «Справки по проекту формирования Международного центра арбитража Таможенного союза»). Какие-то исключения по поводу некоторых таких споров быть все же должны.

Формулировки по поводу таких споров в документе «Международный договор» также можно подвергнуть критике, но это уже предмет для отдельного анализа.

12. Кроме того, в проекте концепции немало пунктуационных ошибок, равно как и стилистических:

«создатель Центра» (единый, наверное, и всемогущий);

«представители всех стран-членов Таможенного союза» (следовало бы говорить о гражданах членов Таможенного союза);

«устав, процессуальный регламент и иные акты Центра» (устав нужен фонду, при котором создается третейский суд, а не последнему. И что такое «процессуальный регламент»?);

«состав арбитража для каждого конкретного спора будет формироваться Центром и должен состоять из гражданина одной из стран-членов, международного арбитра и независимого председательствующего» (можно продумать, что иные члены состава арбитража должны быть зависимыми);

«В международном договоре будет указано, что государства-члены Таможенного союза признают компетенцию Арбитражного центр» (слово «признают» создает впечатление, что третейский суд ее сам себе установит, а члены Таможенного союза с этим согласятся. Но это не так: члены Таможенного союза именно что сами установят такую компетенцию);

«Компетенция Арбитражного центра будет определяться в вышеуказанном международном договоре (на стадии признания и приведения в исполнение решений Арбитражного центра)» (почему именно на этой стадии?).

А.И. Муранов (www.muranov.ru), к.ю.н., доцент МГИМО (У) МИД РФ,

управляющий партнер коллегии адвокатов

«Муранов, Черняков и партнеры» (www.rospravo.ru)

[1] Международный коммерческий арбитраж: опыт отечественного регулирования / саморегулирования. 80 лет МКАС при ТПП РФ: 1930—2012: Сборник избранных научных, нормативных, архивных, аналитических и иных материалов. Т. I / Сост. и науч. ред. А.И. Муранов // Торгово-промышленная палата Российской Федерации, МКАС при ТПП РФ, МГИМО (У) МИД РФ, кафедра международного частного и гражданского права. — М.: Статут, 2012. — 592 с.





Back to the list